Форум 655 ИАП(в/ч 40361) прошедшего огонь, воду и медные трубы и его замечательного личного состава
[Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Форум » Сослуживцы » Служба, полк, однополчане » Новогодний перехват (сказка - фэнтэзи) (Воспоминания Павла Казанкова)
Новогодний перехват (сказка - фэнтэзи)
655IAPДата: Четверг, 04.04.2019, 14:06 | Сообщение # 1
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 30
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline



Павел Казанков – выпускник АВВАКУЛ, наш однополчанин, его однокурсники Александр Елизаров и Александр Гусс.
Автор книги «Байки подвыпившего пилота».
И рассказа «Новогодний перехват (сказка - фэнтэзи)».
Военный лётчик в запасе. Лётчик-инструктор.
Лётчик-истребитель, первый и многократный чемпион России по фридайвингу, бронзовый призёр Кубка мира, пловец, морской многоборец, парашютист, горнолыжник, путешественник…

 
655IAPДата: Четверг, 04.04.2019, 14:30 | Сообщение # 2
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 30
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline


Хотите верьте, хотите не верьте, но в этот раз я абсолютно точно помню дату, когда это произошло, потому что она чётко прописана в моей летной книжке — ночь с 31 декабря 1980 на 1 января 1981. Для затравки — краткая предыстория. Осенью 1980 года в приграничном воздушном пространстве европейской части СССР стали происходить странные события. На экранах радиолокационных средств ПВО, вроде бы ни с того ни с сего, стали появляться отметки от каких-то малоразмерных, предположительно, летательных аппаратов. Иногда штурманы наведения наблюдали как эти что-то пересекают западную границу СССР, но зачастую они просто появлялись из ниоткуда в зоне ответственности ПВО, не санкционированно нарушали наше воздушное пространство и через некоторое время, видимо насладившись безнаказанностью, исчезали в никуда. На запросы аппаратуры «свой — чужой» они, естественно не отвечали, и классифицировались как «чужие», то есть как цели, которые надлежало перехватить, принудить к посадке, а если откажутся садиться — уничтожить. Скорость этих, извините «летательных аппаратов» объективно вычислить не удавалось, она варьировалась от, практически, нуля до сверхзвуковой. Их неожиданное появление в радиолокационном поле и последующее исчезновение с большой натяжкой можно было бы объяснить профилем полета, который используется в боевой авиации: подход на малой и сверхмалой высоте под зоной видимости РЛС ПВО, резкий набор высоты, атака и резкой снижение на минимальную высоту под лепесток антенны РЛС. Но они никого не атаковали, а наоборот, без видимой для нас цели, блуждали по нашему воздушному пространству хаотично, опять же на наш взгляд, меняя направление и скорость.
 
655IAPДата: Четверг, 04.04.2019, 14:32 | Сообщение # 3
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 30
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Такого безобразия и вакханалии в суверенном воздушном пространстве командование ПВО страны, как говориться, допустить не могло. Для немедленного и категорического пресечения неправомерных действий со стороны не идентифицированного противника в воздух поднимались истребители из состава дежурных сил, зенитно-ракетные комплексы всех дальностей приводились в максимальную готовность к отражению внезапного нападения с воздуха, короче нервничала и стрэсссссовала вся единая система противовоздушной обороны страны.Но мы (летчики полка) пока этого ещё не знали, стратегия не наш уровень. Мы тактики, прозвучала команда «Воздух!!!» - значит кто-то балует, возможно, даже хулиганит. Мы мигом «по кòням» или «по коням» как вам будет угодно, а вообще-то по самолетам и погнали отгонять не прошенных гостей. Мы были частично в курсе только того что происходило в нашем секторе ПВО и ещё чуть-чуть, понаслышке, что было в соседних секторах. А ничего конкретного то и не было. Только дежурное звено стали чаще садить в первую готовность и летать оно стало с завидной регулярностью.
Обычно у подготовленного экипажа несколько дежурств в месяц, часть из них днём, другая, как правило, ночью. За счастье можно было считать, если за этот месяц хотя бы раз удавалось слетать по команде «Воздух!!!». Отсидка в кабине в первой готовности в счёт не идет, - одно расстройство, думаешь ну вот-вот поднимут, а они: «отбой первой готовности». Вылазим из кабины и плетёмся в дежурный домик, где нас ждут бильярд, шахматы, нарды, телевизор наконец, ну и на любителя, учебник английского языка. Скажете: «а карты»? Неа, карты только полётные. Хотя, честно говоря, иногда баловались и картами, предварительно выставив дозор на случай неожиданного визита какого-нибудь начальника. Игральные карты в дежурном звене были строго запрещены. Почему? Командиры ни каких вразумительных объяснений не давали, сами, видимо, не понимали почему нарды и бильярд можно, а карты нет. Может для строгости, дежурное звено всё-таки. Но заступая на дежурство и, таким образом, влезая в шкуру обычного дежурного летчика, некоторые командиры тоже не брезговали переброситься в картишки, конечно при наличии дозорного на крылечке, мало ли ещё какой вышестоящий начальник забредёт.
Все командиры, за исключением командира полка, поддежуривали раза по четыре в месяц чтобы получить соответствующее денежное вознаграждение. Почему по четыре? Потому что если меньше, то денег не положено, а если больше, то сумма не менялась. Поэтому начиная с замкомэски и выше до замкомполка «забивали» себя в график дежурств на удобные даты на сколько позволяла занимаемая должность, а остальные дни распределялись между лётчиками, старшими лётчиками и командирами звеньев, некоторые из которых попадали иногда на 12 – 15 дежурств в месяц и большей частью на выходные. Иногда, правда, сверху, из округа приходило распоряжение за день и во время больших, особенно, политических праздников на дежурство назначать не ниже замкомэски, но это случалось от силы раз или два в году.
Это к делу конечно не относится. А вот участившиеся вылеты из дежурного звена стали одной из наиболее обсуждаемых тем среди лётного состава. Количество вылетов на сопровождение самолётов-разведчиков стран НАТО оставалось в пределах среднегодовой статистики, но цифры другой графы статистики под примерным названием — подъём дежурных сил на перехват не идентифицированных целей, которая ранее почти всегда пустовала, с каждым месяцем значительно возрастали. И это было интригой сезона. Потому что невозможно было логически объяснить происходящее.
 
655IAPДата: Четверг, 04.04.2019, 14:33 | Сообщение # 4
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 30
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
После того как наземные РЛС обнаруживали отметку от цели, дежурный перехватчик поднимался в воздух по тревоге. В большинстве случаев, прибыв на место, лётчики ничего не видели, ни визуально, ни с помощью бортовой РЛС. Под управление КП перехватчик выполнял несколько проходов туда-сюда, даже с пересечением метки цели. После таких маневров метка цели либо рассасывалась в атмосфере, либо перемещалась в другое, удобное для неё место, возможно в параллельном пространстве. А перехватчик, выработав запас топлива, ни с чем возвращался на аэродром. Обычно эти цели блуждали на небольшой высоте в зоне интенсивного образования облачности. Знаете, какая погода в Прибалтике? Ясных дней в году раз, два и обчёлся. Поэтому визуальный поиск при наличии облачности весьма затруднён. А вот почему бортовая РЛС зачастую не могла обнаружить цель, которую отчётливо видела наземная РЛС, объяснить не могли даже узкие специалисты. В некоторых случаях бортовой радиолокационный прицел всё-таки обнаруживал и даже захватывал цель. В ещё более редких случаях лётчики визуально фиксировали какие-то объекты близкие к шарообразной и овальной форме, блестящие или серебристо-стального оттенка, но размер их даже приблизительно, определить не могли, ввиду скоротечности процесса и отсутствия в поле зрения других объектов, с которыми можно было бы сравнить эти овалы.
В разговорах между пилотами и инженерами обсуждались много версий от НЛО и оптико-радио-электронных помех, вплоть до воздушных шариков (возможно даже детских), выпущенных с территории стран НАТО. Но ни одна из этих версий не выдерживала даже не предвзятой критики.
В повседневной жизни лётчики особо не стремились в дежурное звено, придерживаясь заповеди из «Капитанской дочки»: «...на службу не напрашивайся; от службы не отговаривайся...». Назначат на дежурство — хорошо, не назначат — ещё лучше. А тут с такими событиями командиры отбиться не могли от желающих заступить на дежурство. Каждому хотелось своими глазами увидеть не знамо что.
Как-то в один из редких погожих дней экипаж капитана Владимира П. (по-моему, и оператор у него был с точно такой же фамилией на «П», только вот имени, извиняйте, не помню) из дежурного звена выполнил целых два вылета на охоту за этими не идентифицированными объектами. Погода была солнечная, на высоте от тысячи до двух была лёгкая кучёвочка с разрывами (по-метеорологически — кучевая облачность 4 — 6 баллов), ниже — чисто, выше ещё чище, видимость до бесконечности. Вечером, после смены из дежурного звена, в лётной столовой Володя и его оператор рассказывали нам, почти захлёбываясь от восторга, как они гонялись за сразу несколькими блестящими на солнце сферами, которые, казалось, играли с ним в прятки, то заскакивая в кучёвку, то выпрыгивая из неё на освещённое солнцем пространство. При этом они затруднялись более-менее точно определить их размер (ну такие вот не большие...), а также сказать отражали ли сферы солнечный свет или сами светились изнутри.
До конца года были ещё несколько вылетов из дежурных сил нашего полка, но лётчики на вопрос «что видели?» без особого энтузиазма отвечали: «да шугнули кого-то или что-то, ничего толком не разглядели».
За весь этот период, охотились за этими объектами в основном днём. Не припомню, чтобы дежурные силы беспокоили по этому поводу ночью. Поэтому, заступая на боевое дежурство в ночь с 31 декабря на 1 января (ну так жребий выпал) я, двадцати четырёх летний старший лейтенант и командир звена, и мой оператор двадцати трёх летний Василий М. – лейтенант, думали — отоспимся, а с утра отпразднуем как следует и догоним остальных. Но не тут-то было!
 
655IAPДата: Четверг, 04.04.2019, 14:34 | Сообщение # 5
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 30
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Прошу прощения, за еще одно маленькое, но важное отступление. Як-28П отживал свой век. На 2 января 1981 года был назначен перелёт лётчиков первой и второй эскадрилий нашего полка в Липецкий центр переучивания для освоения новой техники – МиГ-23МЛ. Это было конечно здорово! Большинство лётчиков ждали этого события с нетерпением. Но некоторые «старики» равнодушно к этому относились и собирались перевестись в другой полк, где Як должен был продержаться еще пару лет, либо уйти на пенсию по возрасту.
Лично мне было печально и радостно одновременно. За не полных три года полётов на Яке я стал лётчиком первого класса и начал осваивать ремесло лётчика-инструктора. Этот самолёт был мне очень дорог. И если раньше я делал это не часто, то с конца лета 1980 года, после того как мы узнали о предстоящем переучивании на МиГ-23-й, я начал делать это каждый раз. Перед полётом, закончив рутинный осмотр, я хлопал ладонью по обшивке самолёта у кабины, как коня по загривку, и разговаривал с ним, а после полёта – похлопывая, благодарил за то, что не подвёл. Мне казалось, и продолжает казаться, что самолёты имеют высокую степень одушевлённости, во всяком случае не ниже чем лошади. С того момента каждый полёт на Яке становился как-бы прощальным.
Возвращаемся в 31 декабря 1980 года. За час до сумерек, как обычно, на дежурном автобусе нас привезли в дежурное звено. Мы переоделись в комбинезоны, взяли колпаки (ЗШ) и пошли в капонир к самолёту. Ребята — техники и инженеры уже все свои процедуры выполнили. Як-28П во всей своей красе, с подвешенными на подкрыльные пилоны белыми ракетами, большими и маленькими, освещался лучами заходящего солнца. Впечатляющее зрелище, во всяком случае для меня. В такие моменты откуда-то из глубины (видимо, мозга) возникает вопрос: «Неужели, бляха — муха, это я могу управлять такой мощью и почти совершенством?». Вопрос, очевидно, посылает тот я, который ещё только стал курсантом истребительного училища и ещё даже не сидел в кабине приличного перехватчика. На что настоящий я реагирует немедленно: «Стоп, а ну не впадать в умиление. Ты, блин, с кем разговариваешь! Перед тобой (наверное, все-таки, вокруг тебя), блин, Летчик-истребитель Первого класса, готовый ко всему и днем, и ночью, и при минимуме погоды. Баста «Сюсю-ляля», прыгай в кабину и работай!». Однако, чувство гордости перед тем салагой-курсантом истребителю скрыть не удается. Но вот состояние щенячей восхищенности почти мгновенно подавлено и начинается серьёзная работа.
Мы с Василием по приветствовали, отрапортовавшего нам о готовности самолёта, техника, обошли Як, заглянули во все впадинки, ощупали и даже покачали все выпуклости, короче — провели предполетный осмотр самолёта.
 
655IAPДата: Четверг, 04.04.2019, 14:37 | Сообщение # 6
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 30
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Забрались по стремянке каждый в свою кабину, закрыли фонарь, запустили двигатели и начали проверять каждый свою епархию: я системы самолёта и двигатели, а Василий - бортовую радиолокационную станцию и ракеты воздух-воздух средней и малой дальности (2 + 2 всего четыре), других не было и пушек тоже. Все работало прекрасно. Я выключил двигатели, засёк время на выбег роторов. Претензий не было. Мы вылезли из кабины, расписались где положено. При нас дозаправили самолёт под горлышко, чтобы компенсировать то топливо, которое мы выжгли при опробовании двигателей. И мы пошли в дежурный домик.
Дежурный домик был, как сейчас говорят, стандартного проекта, одноэтажный, компактный, без излишеств. У входа располагалась комната дежурного по связи или диспетчера. Под его контролем находились все средства связи, необходимые в дежурном звене: проводные – телефоны (с КП, командиром полка, инженером полка, командиром батальона обслуживания и т.д.) и беспроводные, т.е. радиостанции для связи с теми же лицами, на случай если диверсанты перережут провода. Про мобильные телефоны тогда еще даже и не подозревали. Кроме этого, у дежурного на столе стояли несколько динамиков, воспроизводившие радиообмен со всех каналов радиосвязи, на которых работали в районе аэродрома: каналы боевого управления КП, если выполнялись плановые полеты, канал СКП (руководитель полетов), общий или первый канал для гражданской авиации и перелетов, четвертый канал пеленгаторный и канал на аварийной частоте для терпящих бедствие.
Одно крыло домика было в распоряжении летного состава, другое – инженерно-технического. В лётном крыле располагалась комната отдыха со всеми удобствами и телевизором для дежурных экипажей и кают-кампания с бильярдом и другими развлечениями. Все помещения были оборудованы звуковой и световой сигнализацией «Воздух!». В случае её срабатывания, от звука сирены, сопровождающегося вспышками лампы с красной надписью -«Воздух!», человек с не очень крепким здоровьем мог легко получить сердечный приступ или психологическое расстройство. Вот почему в лётных истребительных училищах медики свирепствуют и списывают курсантов при малейших подозрениях в отклонении от полного здоровья.
В обычном режиме на день или на ночь заступали дежурить два экипажа. Один из них должен был находиться во второй готовности – 5 минут на занятие места в кабине и, если необходимо до взлёта, другой в третьей готовности – 15 минут соответственно. Экипаж, находящийся во второй готовности, должен быть полностью готов к вылету. Максимум что было позволено летчику так это снять лётные ботинки и прилечь на кровать в комнате отдыха. Таким образом, в случае повышения готовности до первой или команды «Воздух!» у него есть 5 минут чтобы вскочить в ботинки, схватить колпак, добежать до самолёта, впрыгнуть в кабину, пристегнуться и доложить о готовности к вылету, но, обычно если не было проверяющих, этап одевания «сбруи» пропускался, потому что пристегнуться к парашюту и катапультному креслу можно и в процессе руления на взлётную (это неофициальная информация, возможно так делали только не дисциплинированные пилоты). По слухам, бывало, что кое-кто пристёгивался и после взлёта. Таких иначе как «чокнутые» классифицировать нельзя (по-современному – «отморозки»). Ведь в случае аварийной ситуации и последующим катапультировании на взлёте, кресло с парашютом полетит в одну сторону, а лётчик в другую самостоятельно.
 
655IAPДата: Четверг, 04.04.2019, 14:39 | Сообщение # 7
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 30
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Экипаж в третьей готовности был в привилегированном положении и мог развлекаться и отдыхать хоть в исподнем, потому что 15 минут вполне достаточно чтобы облачиться в лётное снаряжение, тем более что в этом процессе обязательно участвовал специалист по снаряжению и помогал застёгивать молнии особенно в местах трудно досягаемых для лётчиков специфической комплекции.Вернувшись в дежурный домик, мы облачились в ВВК (высотно-компенсирующие костюмы), специалист нам не помогал, поскольку тогда мы с Василием были еще достаточно стройные и гибкие. Он только проверил затяжку шнуровки и полное закрытие молний – костюмчики сидели превосходно. Колпаки спец разложил на специальном столе (кислородные маски остались в кабине уже подсоединенные к бортовой кислородной системе – чтобы с ними не носиться и не терять драгоценные секунды на подключение). Расписавшись в журнале приема и сдачи БД, у диспетчера по громкой связи доложили на КП о полной готовности авиатехники и экипажей к заступлению на боевое дежурство. После этой церемонии, дежурившие днём экипажи торжественно на дежурном автобусе отбыли домой на празднование Нового года, а мы стали думать, как развлечь себя в эту праздничную ночь.
Праздничные «новогодние» костюмы уже были на нас и, если бы мы были на каком-нибудь школьно-студенческом утреннике, наверняка бы получили приз за лучший новогодний костюм.


Всё шло как обычно. Для начала мы пообщались в не официальной обстановке по телефону с оперативным дежурным на КП (это тот, голосом кого подаётся команда «Воздух» или объявляется повышенная готовность). Он нам сообщил, что пока всё спокойно и не только в Багдаде, но и на западных балтийских рубежах Советского Союза. Коротко мы обменялись нашими планами на первое января после дежурства – как будем навёрстывать упущенное. Затем поздравили друг друга с Наступающим и, напоследок, он пожелал нам спокойного просмотра праздничного концерта по ящику (ТВ).
Мы с Васей, чтобы как-то разнообразить это праздничное дежурство (самим по дурачиться и других поразвлечь), объявили о начале новогоднего бильярдного турнира, участие в котором могут принять только те, кто облачён в полный комплект для полёта в стратосферу, то есть в ВКК с пристёгнутым и закрытым ГШ (гермошлемом) и, естественно, в высотных ботинках-сапогах. (Что тут можно сказать…?: Мòладежь! Этузиазизм бурлит в одном месте и выплёскивается.)
На правах организаторов мы открыли турнир. Благо ВКК уже сидели на нас. Мы быстренько натянули металлические кольца с гермоошейниками из вулканической резины, которую использовали тогда и для изготовления медицинских хирургических перчаток, поэтому я даже не буду намекать как эти ошейники именовались на лётном жаргоне. К кольцам пристегнули гермошлемы, задраили смотровые иллюминаторы и, дыша через зелёную гофрированную трубу, которая в самолёте пристёгивается к кислородному оборудованию, начали первую партию. Зрительский успех был ошеломляющим. В кают-компанию заглядывали на несколько секунд по ржать даже те, кто был при деле. В советах по какому каким шаром и как бить недостатка не было. Между тем, атмосфера накалялась, дышать становилось труднее, стеклянные забрала на ГШ стали запотевать, попасть по шару в таких СМУ (сложных метеорологических условиях) становилось всё проблематичнее и проблематичнее, на радость собравшимся зрителям.
 
655IAPДата: Четверг, 04.04.2019, 14:40 | Сообщение # 8
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 30
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Экипаж, «сидевший» в третьей готовности, был постарше нас (без особого юношеского задора), не выдержал и тоже принял участие в маскараде. Следующую партию мы играли уже экипаж на экипаж. Вокруг бильярда стало тесновато четырем здоровым мужикам в скафандрах, за то весело было и игрокам, и зрителям. На аэродроме и тем более в дежурном звене фотографировать было категорически запрещено. Только специально обученные и получившие разрешение от представителей КГБ фотографы могли это делать по заранее составленному сценарию. Но ночь то новогодняя, поэтому кое-кто нарушил режим и, благодаря этому, у нас сохранилось несколько снимков этой незабываемой ночи. Незабываемой не столько от бильярдного турнира, сколько от событий, последовавших чуть позже.
Повеселившись вдоволь, игроки и зрители начали «рассасываться» из кают-компании. Пробило 11, то бишь 23.00. Кто-то сел в кресло напротив телека смотреть как искренне звёзды советского телеэкрана радуются наступающему празднику, а кто-то прилег в лётном без ботинок в комнате отдыха и слегка задрых. В общем обстановка спокойная, буднично-дежурная, ничем не предвещающая чего-то необычного. Но не будем забывать! Ночь то Новогодняя.
Так спокойно прошло еще около получаса. Вот-вот уже должен начать новогоднее обращение к народу Генсек. И тут по громкой связи раздается взбудораженный как-бы спросонья баритон нашего оперативного дежурного с КП: «Первый экипаж – готовность номер один!!! Первый экипаж – готовность номер один!!!» и включается сирена, которая, вы уже знаете, может разбудить не только спящего.
Мы с Васей – ноги в руки, ну и ЗШ конечно (колпаки или котелки –всё одно и то же), и галопом к Яку, по пути матерясь в пол голоса: «Какому (извините) Казлу на Новый год вздумалось проверять дежурные силы???...».

Подбегая к самолёту оцениваем обстановку – вроде никаких проверяющих нет. Только наши техники. Вскакиваем в кабину, подсоединяю фишку шлемофона к разъёму радиостанции, техник помогает мне накинуть плечевые ремни парашютно-спасательной системы, докладываю: «651-й в Первой!». А сам думаю – во временной норматив уложились, даже с большим запасом. Щас дежурный даст отбой и пойдем досыпать. А он (зараза): «651-й – Воздух!!!»
В голове мгновенно проносится: «Охренеть!!! Вот это ноченька! Повеселимся!» Технику кричу: «Воздух! Убирай стремянку, запускаем!». Он слетает почти с трехметровой высоты и оттаскивает стремянку. Закрываю фонарь и запускаю двигатели, пока запускаются полностью пристёгиваюсь к парашюту и катапульте. Двигатели на режим вышли. Техник показал, что отключил кабель наземного питания. Включаю всё необходимое оборудование, даю газу, и мы выскакиваем из капонира. Пока рулим проверяю все ли в норме и спрашиваю по внутренней: «Вася, ты пристегнулся?», получаю в ответ: «Угу» (чувствуется занят – готовит прицел). С рулёжки разворачиваюсь на 90 градусов чуть ли не с заносом на ВПП и докладываю: «651-й взлетаю», а в мыслях ещё сомнения: «сволочи, проверяют ещё, не дадут же взлететь». А КП мне: «после взлёта левым на курс 220, 5000» (метров). С плохо срытым восторгом и с претензией на бас, ну может на низкий баритон, в эфире раздаётся: «Выполняю!».
Врубаю форсаж, что в обычных полётах крайне не рекомендуется, точнее запрещается из-за экономии ресурса двигателей и безопасности (может в другой последовательности). В случае не одновременного включения форсажа Як может сбросить с полосы (как два пальца …), потому что двигатели широко расположены. Но взлёт из дежурного звена приравнивается к боевому вылету и все ограничения мирного времени не действуют – главное выполнить боевую задачу и побыстрее. Сохранится ли при этом самолет и лётчик – желательно, но это уже второстепенно.
 
655IAPДата: Четверг, 04.04.2019, 14:41 | Сообщение # 9
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 30
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
На форсаже Як-28П прёт как чумовой, несколько секунд и колёса в воздухе. После отрыва от ВПП ставлю Як торчком градусов под 40 – 45 с таким же креном влево и он бешено набирает высоту с одновременным разгоном скорости. Вот что значит полный форсаж! На высоте 4000 отрубаю форсаж и на 5000 мы выносимся почти на сверхзвуке. Докладываю: «651 на курсе 220, 5000». КП: «следовать с этим курсом, сверхзвук не переходить».Летим над морем (Рижский залив), малооблачно, темно, сверху звёзды, снизу то ли огни кораблей, то ли отражение звёзд – панорама довольно однообразная. Обсудили с Василием по СПУ варианты – какому «Дятлу» захотелось пошалить в новогоднюю полночь (это уже мы о нарушителях воздушного пространства).
Дискуссию прервал наш штурман наведения, передав нас под управление другому командному пункту, который сразу дал команду снизиться на 1000 метров. Мы пересекли Рижский залив и начали снижаться уже над материком. Облачности прибавилось. Но дырок было еще много, через которые просматривались огни городов и сёл Латвийской ССР. Снизившись на 1000, мы получили команду поставить бортовую РЛС на прогрев. Интрига нарастала. Это означало что возможно реальное использование радиолокационного прицела на боевой частоте. Дело в том, что во время учебных перехватов использовались учебные частоты и их противник, конечно же, знал. На боевом дежурстве использовались секретные частоты. И в случае включения прицела на излучение, эта частота однозначно засекалась разведкой вероятного противника. При повторном использовании этой частоты вероятность что на ней поставят помеху была высока и, соответственно, риск невыполнения боевой задачи существенно повышался. Учитывая тогдашний уровень развития электронной техники и не бесконечное число секретных боевых частот, которыми без особой надобности старались не пользоваться, можно представить, что ситуация начала приобретать драматический характер.
По команде с КП правым разворотом мы заняли курс на север и снизились на 600 метров. Мы вывалились из дырявых облаков, и теперь только изредка цепляли кабиной их неровный нижний край, как бы кратковременно попадая в лёгкую дымку. Снизу то там, то здесь были видны разноцветные праздничные огни, а сверху черные барашки провисших туч. Практически романтическая картина.
Но здесь: «651-му прицел на излучение включить, цель прямо по курсу 15 (км), выше 500 (метров)».
«651-й, выполняю», а Васе говорю – действуй. Передо мной на приборной доске тоже есть маленький экран прицела, я вижу все что происходит, но управлять прицелом может только лётчик-оператор. Василий включает излучение, и мы отчётливо видим метку цели там, где и было сказано. Кнопка опознавания «свой – чужой» нажата, но удвоения метки не происходит, то есть цель на запрос с секретным кодом не отвечает, и является нарушителем.
«651-й, цель обнаружил по курсу, 12, на запрос не отвечает».
«651-му, цель захватить»
«651-й, выполняю», сам себе: «не хрена себе поворот событий!», а Васе: «захватываем».
Василий навёл стробы захвата на цель и нажал кнопку «Захват». Прицел как часы перешёл в режим захвата, начал автоматически сопровождать цель, выдавая информацию о ее дальности, высоте и скорости на экран и за одно головкам самонаведения ракет.
«651-й, в захвате, сближаюсь, до цели 5» (км).
«651-му, подтверждаю 5, доложить о готовности к пуску» (ракет)
 
655IAPДата: Четверг, 04.04.2019, 14:42 | Сообщение # 10
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 30
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
И тут в нижней строчке экрана прицела как гирлянда ёлочных огней загораются по очереди с минимальной задержкой все лампочки готовности ракет к пуску. Одновременно с этим боковым или каким-то другим зрением ощущаю, что ночь за бортом стала не такая уж черная. Перевожу взгляд наружу и вижу, что мы пролетаем над городком, почти под нами центральная площадь с наряженной и светящейся ёлкой, улицы в праздничных огнях, люди, фейерверки.«651-й, все ракеты к пуску готовы, но мы точно над центром, предположительно, Вентспилса»
Последовала секундная, может меньше задержка.
«651-му, запрещаю пуск, влево 30 (градусов) с максимальным креном»
«651-й, выполнил влево 30»
«651-му, прицел выключить, правым на курс 180, набор 1200»
«651-й, выполняю»
«651-му, снизить скорость до минимально допустимой, включить посадочные фары, доложить обстановку»
В такой странной конфигурации с выпущенными закрылками и включенными посадочными фарами на высоте 1200 – 600 метров мы прошли туда-сюда несколько раз над городом. Нам было очень интересно и очень хотелось хоть что-то увидеть, но, к сожалению, ни чего кроме дырявых облаков мы не обнаружили. Надеюсь мы приятно удивили и заинтриговали жителей города. Ведь не в каждую новогоднюю полночь над центром города летает нечто ревя реактивными двигателями и светя прожекторами в разные стороны. Навигационные огни у нас были выключены (боевой вылет), поэтому снизу мы вполне могли бы сойти за празднующего новый год слегка перебравшего дракона.
Гоняя облака, мы сожгли керосин, выделенный на перехват, и с резервным остатком направились в сторону аэродрома вылета. Пересекли Рижский залив в обратную сторону и без лишних маневров, с прямой сели на родную ВПП. Развернулись на полосе на 180, прорулили до торца, на который сели, освободили ВПП влево, остановились на против капонира, из которого началось приключение, и выключили двигатели.
На бетонке, освещенной прожекторами, было необычно оживленно для первого часа наступившего нового года. Кроме встречавших нас по регламенту техника и дежурного инженера, просматривались силуэты командира полка, его замполита, инженера полка и ещё несколько теней сопровождающих их лиц, в том числе и тень особиста.
Открывая фонарь, выдаю Васе по СПУ, как оказалось, пророческие слова: «Приплыли! Теперь начнется всё «самое интересное» - Разбор Полётов». Василий выразительно вздохнул и короткой очередью отстрелил не печатную тираду (со смыслом: «за 40 минут удовольствия неделю будут душу на изнанку выворачивать») в знак полной со мной солидарности.
Спускаемся по стремянке на «грешную» землю и, изображая три строевых шага, подходим к командиру полка. Докладываю, что выполнили перехват не идентифицированной цели, матчасть (материальная часть – самолёт и его системы) работала исправно. Получаем команду «Вольно», поздравления с новым годом и «теперь рассказывайте в деталях – что было, что видели и чего не видели».
Мы направились к дежурному домику, а наш Як начали готовить к возможному следующему вылету. Первым делом перезарядили аппаратуру объективного контроля. Поменяли кассету с фотопленкой, на которую через каждые несколько секунд фотографировался экран бортовой РЛС и бобину со светочувствительной лентой, на которой в виде графика фиксировались кривые параметров полета, самочувствие систем самолёта и режимы работы радиолокационного прицела (наклон антенны, сопровождение цели, взаимодействие прицела с головками самонаведения ракет и т.п.).
 
655IAPДата: Четверг, 04.04.2019, 14:43 | Сообщение # 11
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 30
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Теперь наш экипаж находился в третьей готовности, а другой сидел во второй с момента объявления нам первой.В дежурном домике командир завёл нас в комнату дежурного по связи, а перед остальными закрыл дверь. В хронологическом порядке, начиная со взлёта, я начал докладывать, стараясь ничего не упустить, а Василий авторитетно подтверждал в нужных местах и особенно там, где речь шла о его работе с прицелом. Когда доклад уже подходил к концу, в дверь постучали и вошел инженер полка с таким видом будто уже знал, что «дыня» неизбежна. С лёгким оттенком вины в голосе он сказал:
– Товарищ командир, объективного контроля нет.
– Как нет? Опять аппаратура неисправна или пленку забыли вставить? - сурово и вместе с тем ехидновато поинтересовался командир.
– Да нет, аппаратура исправна и фотоматериалы были заправлены. Только всё засвечено от начала до конца - оправдываясь сказал инженер.
– Твои архаровцы что, совсем охренели, заправлять на боевой вылет некачественные материалы? Экономят?
– Да нет, материалы были качественные. Я дал команду проверить на другом борту, чтобы сравнить, так там всё тип топ. Материалы те же, да к тому же работали два техника, один с фото кассетами, а другой с осциллографами. Не могли они оба засветить материалы.
– Ты мне брось, со своими «Да нет». Что я доложу в Округ, объективный контроль засвечен сверхъестественной силой?
Я не знаю, что доложил командир, но, когда утром мы сменились и уже предвкушали приземлиться за праздничным столом, оперативный дежурный по громкой нам объявил, что у нас полчаса смотаться домой, сменить лётные комбинезоны на повседневную форму, и за одно побриться, и вернуться в дежурное звено, где нас будет ждать персональный Ан-26, который уже вылетел за нами. В Риге, в Округе, нас уже ждут — не дождутся, с распростертыми объятиями, а в связи с чем — он не в курсе, но очень-очень вероятно, что причина «новогодний перехват».
Мы в расстроенных чувствах, что новый год пошёл прахом, понеслись домой. Дома в двух словах объяснил жене, что вызывают в Ригу, но без неё, и даже самолет прислали, схватил все необходимое и выскочил. По пути из военного городка на аэродром из дежурного автобуса мы услышали характерный звук заходящего на посадку Ан-26-го. Когда же мы подъехали к дежурному звену, Ан-26й уже стоял мордой к ВПП с открытой рампой (на жаргоне - задним проходом или задним крыльцом («кирильцом» - из миниатюры Аркадия Рийкина)), не выключая двигателей. Придерживая шапки, мы забежали к нему в брюхо, по приветствовали командира корабля и расположились на складных металлических табуретках, расположенных вдоль бортов. На всякий «пожарный» по ближе положили спасательные парашюты. Напяливать их нужды не было, инструкция это допускала, главное, чтобы рядом были. Генеральских мягких диванов не было, но нам вдвоём в самолёте, вмещающем взвод десантников в полной амуниции, было достаточно комфортно и просторно, хоть в футбол играй. По правде сказать, было не до футбола, и настроение было какое-то не праздничное. Нас с Васей мучали сомнения, и мы перебирали возможные причины скоропостижного вызова на «ковёр».С одной стороны, совесть у нас была чиста. По времени, из положения лежа до «колёса в воздухе», мы уложились, бесспорно. Полный форсаж на взлёте в новогоднюю ночь инструкцией по лётной эксплуатации не рекомендован, но позволителен, при необходимости, согласно секретной инструкции по действиям дежурных сил, а у нас была такая необходимость – взлёт по команде «Воздух!». В процессе перехвата все было сделано точно, посадка выполнена мягко и в предназначенном для этого месте, то есть к нам претензий не должно было быть. В принципе и хвалить то, особенно не было за что. Максимум, что обычно за хорошо сделанную работу было, так это – командир жал крепко руку, говорил спасибо, ну мог еще добавить молодцы, и на этом привет. Поэтому вызов в Округ по этой причине отпадал.
 
655IAPДата: Четверг, 04.04.2019, 14:46 | Сообщение # 12
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 30
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
С другой стороны, раз не хвалить, значит «драть». Хотя, вроде бы тоже не за что. Но знаете этот не только армейский принцип: «если бы было за что, так убили бы», а «драть» для профилактики – очень распространенный метод. Но и здесь нестыковка, логичнее было бы перенести этот ритуал на непраздничный день. К тому же, подача Ан-26-го к подъезду как-то не соответствует этой ситуации. К ней бы больше подошёл плацкартный вагон поезда местного значения.В общем, переживания у нас были нешуточные. Куда – понятно, за чем – не понятно и какие будут последствия тоже не ясно. Что с перелётом в Липецк и переучиванием на МиГ-23-й? Сколько нас будут держать в Риге? И т.д. и т.п.
Благо, полёт был не долгим. Мы третий раз за сутки пересекли Рижский залив (каких-то 180 км), только за «рулём» был другой экипаж и скорость у транспортника раза в два ниже чем у нашего «скакуна». Сели не помню где, в Скультэ или в Спилвэ. Рампа Ан-26-го ещё не успела открыться полностью, как к ней подскочил зелёный военный 469-й Уазик, в простонародье «козёл». Мы с Васей продолжили охреневать от оперативности и организации. По пути в штаб округа, сопровождавший нас капитан на вопрос «что происходит?», ответил «не дрефте, приедете – узнаете». Беседы не получилось, поэтому весь путь мы смотрели в окна на нарядные улицы Риги и не радовались.
Ровно два года назад, в декабре 1978 года мне уже доводилось быть в штабе округа на подведении итогов за год. Я был в составе делегации нашего полка в качестве передовика боевой и политической подготовки среди младших офицеров (прошёл только год с небольшим с момента, когда закончил лётное училище и получил лейтенантские погоны). Тогда наша делегация добиралась по-другому, всё на том же дежурном автобусе, но эмоции были положительные. Я даже отхватил ценный подарок в виде электробритвы «Харькив», которой так ни разу и не пользовался, потому что у меня уже была более современная электробритва с плавающими ножами (на свадьбе подарили).
Наконец, мы остановились у подъезда (скорее всего не у центрального) штаба Прибалтийского Военного Округа. В бюро пропусков нам выписали бумажки, и капитан повёл нас по лестницам и коридорам. У одной из дверей он нам сказал:
- Зайдёте, представьтесь полковнику …, он всё объяснит.
Мы так и сделали. Полковник предложил нам сесть и, улыбаясь, то ли утверждая, то ли спрашивая сказал:
- Так это вы тут в полночь рассекали!?
- Товарищ полковник, мы «рассекали» километров 200 западнее.
- Согласен, западнее, но не в этом дело. Значит так, обо всём что вы здесь сегодня услышите и увидите никому ни слова! Даже женам, понятно?
- Я не женат, товарищ полковник. – Выпалил Василий.
- Это ещё хуже. – снова улыбнулся полковник и не объясняя почему хуже, начал вводить нас в курс дела, как говорится, в части нас касающейся.
 
655IAPДата: Четверг, 04.04.2019, 14:47 | Сообщение # 13
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 30
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Оказалось, что уже несколько месяцев проблема с неопознанными целями терроризирует командование ПВО страны, и не только в приграничных районах, но и в стратегической глубине обороны. В связи с этим, в Генеральном штабе ВС СССР была создана специальная секретная комиссия во главе с целым генерал-полковником или даже генералом армии. В состав комиссии вошли генералы и офицеры из всех видов вооруженных сил, имеющих отношение к ПВО, то есть авиация от стратегической до армейской (вертолёты), сухопутье (зенитно-ракетные и радиотехнические войска) и моряки. В штабах военных округов работали подкомиссии и лихорадочно собирали всю информацию о необычных явлениях, а также давали добро на проведение экспериментов с целью выяснения их природы.Зазвонил телефон. Полковник взял трубку, выслушал и, положив трубку на место, сказал:
- Сейчас я представлю вас Комиссии, вы по очереди расскажите свои версии ночного перехвата, возможно будут вопросы, не упускайте ни одной детали.
По петляв минуты две по коридорам, мы вошли в громадный кабинет с длинным и широким массивным столом, занимавшим три четверти кабинета. Приняв строевую стойку перед ближним, свободным от заседающих торцом стола, мы по очереди представились, примерно так:
- Товарищ генерал-лейтенант, старший лейтенант Казанков, командир звена 3?5-го истребительно-авиационного полка прибыл для рапорта. Здравия желаю.
- Товарищ генерал-лейтенант, лейтенант Мартыненко, лётчик-оператор 3?5-го истребительно-авиационного полка прибыл для рапорта. Здравия желаю.
На против нас за другим торцом стола в центре сидел генерал-лейтенант авиации (он нам не представлялся и о его фамилии в тот день никто даже не заикнулся), а по обе стороны от него сидели генералы и старшие офицеры по ранжиру звёзд на погонах, человек по 8 – 10 с каждой стороны.
- Здравия желаю, товарищи офицеры, - сказал генерал-лейтенант спокойным и мягким голосом, - старший лейтенант, присаживайся к столу, а товарища лейтенанта прошу пока подождать в кабинете, напротив.
Вася отчеканил: - Есть! – и испарился в мгновенье ока.
Я сел, стараясь не нарушать выправки, на стул, стоящий рядом, так что оказался точно напротив генерал-лейтенанта. Со стороны, предполагаю, это выглядело примерно так, когда говорят – такой стройный будто лом проглотил.
Первым делом генерал-лейтенант еще более мягким и даже добрым голосом, видимо, чтобы успокоить меня, сказал: - Как Ваше имя отчество, товарищ старший лейтенант?
Всю дальнейшую беседу, если это так можно назвать, он обращался ко мне только по имени и отчеству. А у меня даже мысли не возникло, спросить, как его зовут. Такого и военный этикет не позволял.
- Итак, Павел Гаврилович, Ваш экипаж выполнил задачу хорошо. Но нас интересуют все мельчайшие подробности, связанные непосредственно с перехватом цели, контактом с ней. Поэтому для начала, расскажите нам, пожалуйста, всё детально с момента включения прицела на излучение. Ведь объективного контроля нет, поэтому нам важны не только факты, в которых вы уверенны, но и Ваши ощущения и предположения.
Почувствовав себя свободнее и авторитетнее, что ли, (когда ещё генерал-лейтенант спросит, как Ваши ощущения, какое у Вас мнение…), я подробно рассказал всё что помнил.
Пока я рассказывал, кое кто делал пометки у себя в блокнотах, но никто не сказал ни слова до завершения моего рассказа-отчёта. Когда я закончил, генерал поблагодарил меня и предложил присутствующим задать вопросы, если они есть. И они были.
Подполковник с петлицами радиотехнических войск спросил, были ли какие-нибудь особенности в поведение метки цели по сравнению с тренировочными перехватами. На что я ответил, что особенность заключалась только в том, что у цели была низкая скорость, возможно ниже чем у вертолёта. Об этом я мог судить по скорости сближения с целью, которая практически равнялась скорости истребителя. Цель не маневрировала с момента начала работы прицела на излучение в режиме обзора, и после перехода в режим захват, и даже после того как все ракеты выдали сигнал о захвате цели и готовности к пуску, как будто она не получала информации об облучении и не знала о том, что является объектом атаки.

 
655IAPДата: Четверг, 04.04.2019, 14:47 | Сообщение # 14
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 30
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Затем авиационный полковник поинтересовался:- Когда Вы выполняли визуальные проходы на высотах 1200 – 600 метров, облачность, как Вы сказали, была не ровная и с разрывами, не заметили ли Вы какого-нибудь необычного свечения или отражённого света?
- Под нами находился город с достаточно яркими огнями уличного освещения, плюс множество разноцветных праздничных огней, поэтому нижний край облачности, а в разрывах и вертикальные границы кучевых облаков приобретали различные оттенки, отражая, как мне кажется, городские огни. Какого-либо однородного необычного свечения не отметил.
Было еще несколько вопросов, уже не помню каких. После чего генерал-лейтенант еще раз меня поблагодарил, и сказал:
- Павел Гаврилович, можете быть свободны и пригласите к нам, пожалуйста лейтенанта Мартыненко.
Полковник вышел вместе со мной, мы пересекли коридор и вошли в кабинет, напротив.
Указывая на письменный стол, он сказал:
- Садись здесь поудобнее, вот ручка, вот бумага, как рассказывал в той же последовательности всё напиши и в конце поставь дату и подпись. – и забрал с собой Василия на испытание «момент истины».
Я осмотрелся, пожалуй, это была аудитория, а не кабинет. Большая с высоким потолком, заставленная громадными столами для работы с картами и схемами. Под руководством майора трудились три солдата-чертёжника. Никто на меня не обратил внимания, работы было много, готовили какую-то очередную схему, потому что на стенах уже висели несколько готовых.
Я не стал особо присматриваться к схемам, на беглый взгляд это были обычные схемы учебных перехватов, с силуэтами перехватчиков, изображением индикации прицелов на различных этапах перехвата и каким-то сопровождающим текстом. Я принялся за писательство. Пришлось вспомнить муки творчества, которые я испытывал при написании сочинений в школе. Одно дело рассказывать, а другое положить это на бумагу. Орфография, запятые, построение предложений – сдуреть можно.
Я был примерно на середине моего опуса, когда Василий, заметно порозовевший, сел за соседний стол и тоже занялся нелёгким писательским трудом.
Наконец, с большим облегчением я поставил дату и подпись, встал из-за стола и начал разглядывать схемы на стенах повнимательнее. Вася еще скрипел пером, а я уже был свободен. Было очень интересно, чем же тут занимаются в штабе военного округа.
Прочитав несколько фраз на ближней схеме, я понял, что это не учебный перехват, а воспроизведение в графике доклада лётчика, выполнившего примерно такой же перехват, как и мы, только на другом типе истребителя. С громадным интересом я стал изучать одну схему за другой. Майор, руководивший чертёжниками, не препятствовал. Периодически поглядывая в мою сторону, он не мог сдержать улыбки, видимо, причиной была моя удивлённо-восхищенная физиономия, возможно с отвисшей челюстью.
Коротко обобщу информацию, которую я «снял» со стен. Перехваты, подобные нашему, были выполнены практически всеми типами истребителей, стоящими на вооружении: Су-9, Су-15, МиГ-21, Як-28п, МиГ-23…, и не только в европейской части СССР. Один из перехватов на севере страны завершился пуском ракеты. Цель, по всей видимости, не пострадала, а вот ракета попала в телефонную будку где-то на окраине Мурманска. К счастью в ней и рядом никого не было (я сразу прикинул, что могло бы случиться, если бы мы запустили наши четыре ракеты в новогоднюю ночь). Были описаны наблюдения лётчиков с самолётов бомбардировочной, транспортной и армейской авиации, с использованием технических средств и визуально.
 
655IAPДата: Четверг, 04.04.2019, 14:49 | Сообщение # 15
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 30
Награды: 0
Репутация: 0
Статус: Offline
Одна из схем была посвящена вертолётной атаке. Где-то в Московской области вертолёт с десантниками навели на цель, которая шла на небольшой высоте 100 - 150 метров вдоль русла реки. Вертолёт, маневрируя, пытался приблизиться к сферической совершенно гладкой, со стальным оттенком, по мнению наблюдавших, цели, но она сохраняла неизменной дистанцию, меняю траекторию своего полёта. Тогда из вертолёта, открыв боковую дверь, попытались обстрелять цель из автомата, а затем и из ручного пулемёта. При стрельбе не на поражение, то есть рядом с целью, она никак не реагировала. При попытках поразить цель, она несколько раз ушла от очередей, а затем резко изменила направление полёта и ушла из поля зрения атаковавших. В отчётах участников атаки предположительные размеры цели существенно отличались.Судя по количеству схем, информации накопилось не мало, но, понятней, по моему мнению, ситуация не становилась.
С юношеских лет и по сей день я обожаю хорошую фантастику, и здесь, пока Василий дописывал своё «сочинение», я успел получить реально потрясающее удовольствие от отчётов коллег, представленных в цветах и красках плакатного искусства с явным уклоном в фантастически непонятное.
Закончив писанину, Василий тоже успел полюбоваться схемами и теперь уже я смеялся над его вытянутой физиономией.
Снова появился полковник, сгрёб наши произведения и сообщил, что возвращение в полк будет в обратном порядке. Машина подойдёт через полчаса и с нами полётит ещё один экипаж, чуть дальше, наша остановка – первая.
По пути из штаба на аэродром мы со спокойной душой смотрели на рижские новогодние улицы и радовались, что легко отделались. Получасовой перелёт на Ан-26-м тоже прошёл спокойно. Приземлившись, самолёт подрулил к дежурному звену, развернулся на 180 градусов и остановился. Двигатели продолжали работать. Рампа открылась, мы поприветствовали экипаж транспортника и вышли на родную бетонку. Сумерки над аэродромом плавно переходили в ночь.
Я по громкой от дежурного по связи доложил на КП, что мы прибыли. На вопрос оперативного: – ну что в округе разобрались?
Я ответил: - разобрались, во всяком случае с нами. Всё нормально.
Тогда оперативный напомнил, что завтра построение убывающих в Липецк у дежурного звена с вещами в 8.00 и пожелал успешного допразднывания нового года.
Через полтора месяца, закончив теоретическое переучивание и тренажерную подготовку на МиГ-23МЛ, мы вернулись из Липецка и еще некоторое время продолжали летать на Яках, поскольку МиГи еще не пригнали. После новогоднего перехвата я успел полётать на Як-28П ещё девять раз, четыре последних из них 1 апреля 1981 года. А в мае мы начали летать на МиГах.
Про наш с Василием новогодний перехват никто больше не вспоминал, имею в виду в служебной обстановке, а о судьбе комиссии и тем более о её выводах нам, естественно, не сообщили.

22 октября 2017, Рим
 
Форум » Сослуживцы » Служба, полк, однополчане » Новогодний перехват (сказка - фэнтэзи) (Воспоминания Павла Казанкова)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:

Copyright MyCorp © 2006 Создать бесплатный сайт с uCoz